Название: Где-то в Тунисе
Автор: Роше
Пейринг: вас слишком много, и вас фиг поймешь
Рейтинг: NC-17 ВСЕ-ТАКИ!
Жанр: Слэш, Юмор, Драма, Мистика
Размер: миди
Дискаймер: Да боже ж ты мой, все персонажи выдуманы и не приносят мне дохода. Они все не такие, а Джон Клиз самый не такой из всех них.
Содержание:Где-то в Тунисе комик-группа Монти Пайтон пытается снять свой фильм "Житие Брайана", попутно стараясь решить такие важные мировые проблемы как любовь к ближнему, вопросы веры и алкоголизм... А вообще-то, нет. Вообще-то, это скорее должно быть так: Где-то в Тунисе комик-группа Монти Пайтон пытается что-то сделать с верой, любовью и алкоголизмом, попутно стараясь как-то снять фильм. Как вы понимаете, времени у них на это почти не остается.



Это было действительно странное ощущение. Перед глазами парень, лежащий на боку, периодически, в такт твоим движениям закусывающий нижнюю губу своими острыми зубками-колышками и смотрящий прямо на тебя широко распахнутыми глазами; под пальцами – чужая нежная кожа, влажная от смазки и очень горячая; в голове – шум и ощущение, что сейчас от давления треснет череп. Немного страшно, чуть-чуть стыдно и очень возбуждающе. А ещё в бок впивается пряжка чьего-то ремня и это отвлекает.

Майкл сделал ещё пару медленных, тягучих движений рукой по члену Эрика и под прицелом не отрывающегося от него взгляда голубых глаз поднялся с пола и пересел на кровать.

- Иди сюда, - похлопал по месту рядом с собой Майкл.

Эрик поднялся и присел рядом, но когда Майкл потянул к нему руки, перехватил их.

- Погоди. Я не могу.

Майкл зажмурился, вздохнул и покачал головой. В номере было тихо, только иногда расшатанная рама под порывами ветра снаружи издавала глухой, деревянный стук.

- Пожалуйста, - тихо, просительно сказал Майкл, убрал руки и уткнулся лбом в чужое плечо.

Эрик прикрыл глаза и раскрытой ладонью провел по горячей спине Майкла, а затем сказал шепотом:

- Я не могу, в состоянии ты понять?

- Мне казалось, ты не принципиален.

- Я просто иду на уступки с реальностью, пытаясь адаптироваться. Иначе не выжить.

- Пожалуйста, - Майкл поднял голову и его губы приблизились к губам Эрика. - Я прошу тебя. Все это останется между нами, мы уедем отсюда и я больше никогда не напомню о том, что случилось здесь.

- Странный город, странная погода, странный ты, - сказал Эрик, горько усмехнулся и робко прикоснулся губами к губам Майкла, а затем шмыгнул носом, обхватил его голову ладонями и поцеловал уже по-настоящему.

- Не целуй меня так, как будто это твое последнее желание приговоренного к смерти, - хмыкнул Майкл, отрываясь от его губ, а затем легонько толкнул Эрика на кровать, навис над ним, упираясь руками в матрас, и добавил тише: – Мне тоже страшно.

Эрик ничего не сказал, только прикрыл на мгновение глаза - «Понимаю».

А дальше запомнились только худые пальцы, впивающиеся в спину, мокрые губы, оставляющие ментоловое ощущение на разгоряченной коже и мысли о том, что нужно нежнее, нужно сдерживаться, нужно помнить о том, что это не твое тело. А потом мысли вспыхнули и сгорели, когда чужие руки неожиданно оторвались от твоей спины и перешли туда, где они сейчас требовались больше всего. Майкл открыл глаза, которые непроизвольно закрылись в какой-то момент, когда его руки просто делали свою работу, совершая простые, знакомые с детства движения. Эрик не улыбался. Он вообще ни разу не улыбнулся с тех пор, как Майкл прикоснулся к нему не как к другу. Эрик был серьёзен. И Эрик был самим собой.

- Чёрт, - неосознанно сказал вслух Майкл и продолжил, понимая, что ему необходимо договорить. – Тебе это тоже нужно, да?

- Что? – спросил Эрик, проведя большим пальцем по головке члена Майкла, заставляя того поджать пальцы на ногах от острого, на грани боли и наслаждения ощущения.

- Иногда становиться самим собой, - выдохнул Майкл и не остался в долгу, возвращая движение Эрика ему.

- Я всегда такой, какой я есть.

- О нет, - Майкл сделал резкое движение рукой, заставляя человека, лежащего перед ним, поморщиться. – Мальчик с вечной улыбкой, ты просто уже не в состоянии снять свою маску и тебе легче считать, что это и есть твое настоящее лицо. Так ведь?

- Просто отъебись, - коротко сказал Эрик и вдруг резко поменял положение – вот он уже нависает над Майклом, удерживая его за запястья. – Это просто моя жизнь. Мне так проще. Я так научился выживать. Не пытайся разрушить это во мне. Слышишь?

- Слышу. Не кричи, - Майкл серьёзно смотрел на Эрика, на его дрожащие губы, на огромные, блестящие глаза, на маленькую родинку на его скуле, такую знакомую за все эти годы... а затем притянул его за шею к себе и обнял обеими руками. – Не реви только.

- Я не реву, - зло буркнул Эрик, а затем уткнулся носом в шею Майкла и разрыдался, всхлипывая и цепляясь пальцами за простыню.

Майкл вздохнул, а затем спросил как бы между прочим:

- Мы продолжать будем?

- Скотина, - не прекращая всхлипывать, протянул Эрик сквозь зубы. – Ты мне душу вытряс, ты понимаешь? Я не хочу об этом думать, ты понимаешь? Я просто хочу жить. Счастливо. Понимаешь ты или нет?

- Да понимаю я, понимаю, - Майкл разлепил руки и аккуратно спихнул Эрика с себя, ложась рядом на бок. – Так продолжать будем?

Эрик скривил губы, моргнул пару раз, отпечатывая на щеках мокрые следы, шмыгнул носом, задрав голову чуть вверх, а затем посмотрел на Майкла и ответил, пожав плечами:

- Да... Да.


Бесконечная ночь. И бесконечная буря за окном. Хотя какая это буря, вечно этим синоптиками нравится называть все какими-то пафосными словами, не заботясь о здравом смысле. Ветер. Всего лишь ветер. Майкл затянулся в очередной раз и отставил руку с зажатой между указательным и средним пальцем сигаретой, рассматривая струящийся из ее кончика дым.

- Ты же вроде бросил? – Эрик лежал на кровати, прикрыв голову одеялом, так что, было видно только его лицо.

- А ты вроде бы хотел спать, - сказал Майкл и отошел от окна.

Эрик вздохнул и перевернулся на другой бок. Майкл затушил сигарету о попавшийся под руку стакан и присел на край кровати. Пауза затянулась, и уже возникла идея, подняться и уйти в свой номер, но тут послышался тихий голос Эрика:

- Мне было семь, когда мать привела меня в сырое, холодное здание с позеленевшими кирпичами. Я помню, как она говорила с директором, а я в это время стоял и отковыривал эту зеленую плесень, или что это было, с кирпича, который находился как раз напротив моего лица. Почему-то мне тогда казалось жизненно важным отскоблить эту дрянь со стенки. А потом мать уехала, а я остался. Наедине с этой плесенью. И с толпой озлобленных, обиженных на весь мир мальчишек, которые потеряли родителей. Таких как я там не любили, потому что на Рождество было кому присылать мне подарки. Это не было что-то особенное, даже не сладости, а просто какие-то необходимые вещи вроде ботинок, которые, в общем-то, и новыми-то не были, но остальные избивали меня нещадно. И я могу понять тех детей, теперь могу. А тогда мне просто ничего не оставалось, кроме как стать самым забавным, смешным и остроумным парнем, который вечно что-то придумывал, отвлекая их от той боли, которая жила в их маленьких сердцах. В этом было мое спасение.

Майкл сдвинул одеяло с головы Эрика вниз и провел рукой по его волосам.

- Я не прошу меня жалеть, - Эрик перехватил его руку и улыбнулся. – Просто не надо напоминать мне о том, как я живу.

Майкл еле слышно хмыкнул, поднес руку Эрика к своим губам и поцеловал кончики пальцев, а затем спросил:

- Мой ход, да?

- М? – Эрик непонимающе сдвинул брови и посмотрел на него.

Майкл неопределенно махнул куда-то рукой и продолжил:

- Я бросил, когда мы начали весь этот цирк, не то чтобы меня отвлекало это от работы, просто Терри вечно называл меня наркоманом и порядком поднадоел этим настолько, что я назло ему решил бросить. Долго не брал в руки сигареты, опасаясь, что снова впаду в зависимость, если выкурю хоть одну, а потом все-таки сорвался.

- Почему?

- Ну, знаешь ли, я какое-то время работал с Джоном и Грэмом, а от этих двоих не только курить начнешь.

- Они трогательные.

- Слишком.

- В смысле?

Майкл забрался с ногами на кровать и сел, прислонившись спиной к стене.

- Как-то раз мы снимали что-то, у нас долго не получалось, дубль шел за дублем, в общем, закончили мы ближе к полуночи. Все разбежались, я тоже собрался и ушел, но потом, на полдороге вспомнил, что забыл где-то в студии тетрадь с текстами и вернулся, потому что там было достаточно много ценных идей, которые было бы жалко потерять. Когда я подошел к двери студии, где мы снимались, то услышал голоса – Грэма и Джона, и подумал ещё тогда что-то вроде – «О, ну надо же, так они по ночам репетируют, теперь понятно, почему на съемках лажаю только я». А потом приоткрыл дверь и увидел, как они целовались. Просто стояли у стены и целовались. И знаешь, это было чудовищно красиво. Они чертовски занимательно контрастируют, если так подумать, и в их объятиях было что-то такое, знаешь, как в символе Инь и Янь – завораживающая гармония. Только вот это, блять, были двое мужиков, с которыми я каждый день общался, и я даже мысли допустить не мог, что между ними было что-то, кроме дружеских отношений. После этого я пришел домой, как ты понимаешь, про тетрадь уже не думал, думал только о том, почему я такой слепой дурак, и выкурил полпачки сигарет.

- О боже, - Эрик рывком сел в постели и прислонился к плечу Майкла своим плечом, накрывшись одеялом. – Грэм спрашивал меня недавно, достоин ли он любви, и разговор зашел о Джоне, я сказал, что, наверное, у них с Джоном что-то вроде любви, раз они друг друга понимают… О боже. Я идиот. У тебя ещё остались сигареты?

Майкл без слов встал, достал из кармана своих брюк сигареты с зажигалкой, вытянул тонкую бумажную трубочку и передал ее Эрику. Тот взял сигарету в рот и, дождавшись, пока Майкл подожжет другой ее конец, закурил.

- Трудно было после этого бросить курить? – спросил Эрик, сделав несколько затяжек.

- Немного, - ответил Майкл. – С сигаретой чувствуешь себя уверенно и есть куда пристроить руки, которые требует какой-то мелкой моторики. Но у меня есть дневник, мне есть, на что отвлечься.

- Это такой, где «Дорогой дневничок, сегодня был прекрасный день, Лиззи подарила мне милый браслет, а завтра мы идем выбирать мне платье на выпускной. Дорогой дневник, ничего, что я мужик и мне тридцатник с гаком, это все равно не помешает мне купить розовее платьице с рюшечками», такой дневник, да?

- Я просто описываю в нем каждый день своей жизни, - хмыкнул Майкл. – И эротическим фантазиям моего друга Эрика в нем не место.

- И эта ночь там тоже будет? – вдруг спросил Эрик.

- Я подумаю. В конце концов, потом можно будет продать все это дело, и я должен думать о цене. Сколько бы ты заплатил, чтобы я исключил сегодняшний день из своего дневника?

- Нисколько, - мотнул головой Эрик. – Я бы просто в отместку снял об этом фильм.

@темы: Slash, Michael Palin, John Cleese, Graham Chapman, Fanfic, Eric Idle